Невзирая и вопреки


С днём победы

Невзирая и вопреки 09.12.2016

Невзирая и вопреки

Как 70 лет назад рождалась «Калининградская правда». Впрочем, 9 декабря 1946 года – не только день рождения нашей газеты. С этой даты ведёт свою историю вся калининградская журналистика.

Влад РЖЕВСКИЙ

На словах и на деле

29 сентября 1946-го в Калининград прибыла группа журналистов, которых ЦК ВКП(б) командировал для организации областной газеты. Все они насмотрелись всякого за годы войны. Все знали и о том, что бывший Кёнигсберг был взят после тяжелейшего штурма. И всё же открывшаяся их глазам в то далёкое хмурое раннее утро картина потрясала: город – сплошные руины. Как же здесь не то что газету делать – просто жить?!.

Скажем больше – их здесь вообще не очень-то ждали. По обычным меркам быть такого не могло в принципе. Прибыла номенклатура, да ещё по направлению с самого «верха». Так, руководитель группы Георгий Крейтан перед назначением сюда был не только редактором главной газеты в Киргизии, но и членом ЦК компартии этой республики. Фигура, в общем. Однако в бывшей Восточной Пруссии всё это плохо работало. Какая ещё типография, товарищи дорогие? Тут бы жильём вас хоть каким-то обеспечить…

Перед отъездом в Москве их заверили:

– По учётным данным, база для издания газеты в Калининграде есть. Всё необходимое имеется в бывшей немецкой типографии. Нужно лишь привести технику в порядок.

На месте выяснилось: от хвалёной типографии осталось, считай, одно название. Начали думать, как выйти из ситуации. В итоге решили попробовать делать газету на базе двух небольших типографий. В одной набирать-верстать, а в другой – печатать.

Но вместо того, чтобы с головой уйти в написание заметок, журналистам пришлось, без преувеличения, бороться за выживание. Пережившие войну, они были людьми иной пробы, нежели мы, нынешние. Их не пугали «мелочи» вроде отсутствия электричества, воды, дров. Однако из-за царившей в ту пору в Калининграде всеобщей неразберихи им поначалу ещё и не выдавали продуктовые карточки. Без карточек же в магазинах ничего нельзя было купить. Короче, на первых порах даже голодать на новом месте пришлось. До творчества ли тут?

Как на грех, в ту осень вдобавок необычно рано пришли холода, ставшие предвестниками непривычно суровой для Пруссии зимы 1946-1947 годов.

На фоне всеобщей разрухи буйно расцвела преступность. Тогдашний командующий 11-й гвардейской армией генерал Александр Горбатов позже так описывал тот свой период в Калининграде: «С наступлением темноты начиналась стрельба, порой даже пулемётная. Хорошо, что у нас был глухой забор, во дворе 
бдительный четвероногий сторож Лиман, а в доме – вторая собака, Аракс. Не раз мы находили утром подброшенные письма за подписью «Чёрная кошка» с угрозой уморить псов и добраться до нас…»

Если так тогда жилось одному из первых лиц области, нетрудно представить, каково в те дни приходилось калининградцам попроще.

Рассказы вместо статей

Жильём, пусть и плохоньким, газетчиков обеспечили. А вот помещение для редакции предложили искать самим. Потому-то первой редакцией «Калининградской правды» и стал номер в офицерской гостинице, где жил первый руководитель будущей газеты – и. о. ответственного редактора Крейтан.

Старожилы уверяют: бывшая офицерская гостиница – это нынешняя «Чайка» на улице Пугачёва. Здесь, стало быть, и устраивались планёрки-летучки. Правда, обсуждались на них вопросы, как правило, далёкие от творчества. Один докладывал о своих успехах в поиске инвентаря для будущей редакции, другому поручали подбирать квартиры для новых сотрудников.

Впрочем, говорили порой и о том, ради чего сюда, собственно, и приехали. Вот как об этом вспоминала одна из первых сотрудников «Калининградской правды» Александра Соколова:

– Товарищ Крейтан как-то вызывает всех к себе и говорит: пора приниматься за дело. Коль реального выпуска газеты пока не предвидится, давайте писать рассказы. Прошла неделя. В номере у редактора состоялось обсуждение «творчества». Энтузиаст всё же нашёлся. Литсотрудник Коршиков написал рассказ «Крысы» – что-то мифическое по поводу магазинных жуликов…

Наконец власти выделили редакции временное помещение в областном управлении по гражданским делам. К слову, у этого здания на нынешнем Советском проспекте, 13, тогда ещё даже адреса не было. Потому поначалу в выходных данных газеты координаты редакции указывали так: Калининград, областное управление по гражданским делам.

Благодаря Александре Андреевне Соколовой можно составить представление о той редакции. «Большая общая комната. У стены раздвинут обеденный стол. С одной стороны на длинной скамье резиденция отделов писем, пропаганды и промышленности. Напротив, на стульях, расположились отделы информации, сельского хозяйства, культуры и быта. Все отделы, разумеется, представлялись только заведующими. Секретариат – в противоположном углу. Здесь, как у более высокого начальства – письменный стол. Накопившееся к тому времени редакционное хозяйство – в буфете, откуда-то добытом «завом по изысканию мебели» товарищем Коршиковым. Редактор – за дверью в смежной комнате. Единственный телефон на его столе…»

Первый номер комом

В те времена существовала традиция приурочивать свершения к одному из «красных дней календаря». Вот и выход первого номера первой калининградской газеты планировался изначально к тогдашнему празднику № 1. Но, похоже, страшно далеки были от местных реалий столичные чиновники, которые планировали запустить газету 7 ноября 1946-го. В тот день «всё прогрессивное человечество», как и полагалось, отметило 29-ю годовщину Великой Октябрьской социалистической революции. Однако в Калининграде преподнести к главному празднику трудовой подарок – новую газету, не получилось. Хотя коллектив редакции честно пытался всё-таки сделать первый номер.

– Верстали мы его к ноябрьским праздникам 1946 года, – рассказывал потом главный инженер типографии издательства «Калининградская правда» Мстислав Топорков. – Однако в свет он так и не вышел. Неподготовленность редакции и другие технические причины отложили выход первого номера.

Пришлось властям удовлетвориться тем, что к 7 ноября удалось восстановить в Калининграде трамвайное движение. Хотя там тоже всё было гладко разве что на бумаге отчётов. Трамваев привести в порядок успели ещё мало. А в окнах этих редких гостей зачастую не имелось стёкол. То есть в такую холодину – да с ветерком! Кроме того, в столь «комфортабельные» вагоны ещё нужно было успеть попасть. Начальству трамвайного треста почему-то не пришло в голову, что остановки надо бы как-то обозначить. Вот народ и бежал за вагонами, гадая, где же они притормозят…

С линотипа – на санки

Работа над вторым вариантом первого номера «Калининградской правды» началась в двадцатых числах ноября. Новой датой выхода назначили 9 декабря. Обычный, ничем не примечательный понедельник.

Все материалы были готовы лишь к пяти часам вечера 8 декабря. И из редакции их отдали в ту типографию, где нашу газету обещали набрать и сверстать. Последние годы в этом симпатичном домике на улице Космонавта Леонова, 9, находился военный суд. А тогда здесь располагалась типография газеты «Во славу Родины» 11-й гвардейской армии.

Уже под занавес набора возле линотипа неожиданно появился мрачный майор Александр Лапин. В недалёком будущем – ответственный секретарь «Калининградской правды». Но на тот момент – ответственный секретарь редакции «Во славу Родины».

Грозно глянув на «посторонних», он сказал, как отрезал:

– Сейчас мы будем делать свою газету, а уж затем – заканчивать вашу.

Однако когда Лапин отлучился, линотипист отважно нарушил приказ своего сурового начальника и вне очереди добрал последние двадцать «чужих» строк.

Потом полосы сверстали, связали, укутали в байковое одеяло, уложили на детские салазки, и выпускающая Тамара Варшавская (тогда – Беньяш) повезла их в ту типографию, где «Калининградскую правду» должны были печатать. Здание, где она находилась, тоже сохранилось. Это дом на углу улиц Пугачёва и Разина, напротив гостиницы «Чайка». Где, напомним, жил первый редактор нашей газеты. И гостиничный номер которого стал первой редакцией.

Блестели звёзды и глаза

Между бывшей военной типографией на улице Космонавта Леонова и бывшей городской типографией на улице Пугачёва полкилометра. Сегодня из точки А в точку Б там можно пройти лишь в обход – путь по прямой преграждают то заборы, то гаражи. В 1946-м идти напрямки они ещё не мешали. Тем не менее женщине с саночками эти пятьсот метров наверняка показались очень длинными. Руины, темнота, холод. И, чего уж там, опасно было. В городе, повторимся, процветала преступность. А её ведь отправили одну…

К счастью, она доставила свой груз в типографию без остросюжетных поворотов. Ну, всё: в печать – и, как сказал бы поэт Маяковский, никаких гвоздей! Хотя совсем без гвоздей не обойтись: какая газета – да без «гвоздя номера»! И чему же он был посвящён? Подготовке к выборам. 9 февраля 1947-го жители новой советской области впервые должны были избрать депутатов в Верховный Совет РСФСР.

Однако это ещё только будет. А пока – 9 декабря 1946-го.

– По часам уже было утро, – вспоминала Тамара Семёновна. – Однако светать ещё и не начинало. Было темно. Только блестели звёзды и снег. И были слёзы на глазах тех, кто держал в руках первый, остро пахнущий краской номер газеты «Калининградская правда»…

Больше чем газета

Для первых калининградцев выход этого первого номера стал знаковым событием. Хотя в ту пору, конечно, говорили иначе. Вот, например, как рассказывала о своих тогдашних чувствах Н. Грязева, рентгенлаборант роддома № 1:

– Кругом разруха, немецкая речь и готические буквы на уцелевших вывесках. Свет, вода подавались с перебоями. Зачастую работу у себя в рентгенкабинете мы начинали в 22-23 часа, так как днём электроэнергии не хватало. Редко где увидишь дымящую фабричную трубу. Еле ползущие облезлые трамваи без стёкол… И вдруг – газета! Своя собственная областная газета! У нас, приехавших сюда, в поверженный Кёнигсберг, исчезло чувство оторванности от «большой земли».





Возврат к списку